0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Василий Слонов объяснит концептуальное искусство

Василий Слонов объяснит концептуальное искусство

Красноярский концептуальный художник не только проведет лекцию, но и поможет создать свое произведение.

В Музейном центре стартовал новый сезон «Опытов искусства». Все три занятия февраля посвящены концептуальному искусству. На первых двух поговорят о фундаментальных работах этого направления, истории московского концептуализма и творчестве ведущих российских художников, а на третьем — о сибирском ироническом концептуализме под руководством Василия Слонова. Сам же Слонов считает, что художник — это не тот, кто умеет рисовать, а тот, кто умеет думать.

Важно, тем, кто посетит две лекции, участие в третьей будет бесплатным.

ТВОРЧЕСТВО

В своем знаменитом эссе 1969 Искусство после философии, Кошут утверждал, что традиционный художественно-исторически дискурс подошёл к концу. Вместо него он предложил радикальное исследование средств, с помощью которых искусство приобретает свое культурное значение и свой статус как искусство.

«Быть художником сегодня, » комментировал Кошут, «означает задавать вопросы о природе искусства».

Кошут использовал язык сам по себе как медиа. Результатом стало концептуальное искусство, лишенное всех морфологических признаков — интеллектуальная провокация заняла место восприятия, слова заменили образы и объекты. Этот переход обозначен в серии First Investigations (с подзаголовком Art As Idea As Idea), которая включала словарные определения слов, таких как «вода», «значение», «идея». Кошут стремился показать, что искусство заключается не в самом объекте, а в идее или концепции работы.

ИСКУССТВО КАК ИДЕЯ КАК ИДЕЯ. 1966—68

Композиция представляет собой увеличенную фотографию словарной статьи «определение». Кошут утверждает: «Цель искусства состоит в том, чтобы создавать идею, концепцию». Данная работа исследует вопрос о том, каким образом художественное творчество связано с языком. Художник создал целый ряд подобных работ, состоявших из фотографически увеличенных словарных статей некоторых слов, таких как «искусство», «значение» и т.п.

Titled (Art as Idea as Idea) (Water) Titled (Art as Idea as Idea) (Water) Titled (Art as Idea as Idea) (definition) Titled (Art as Idea as Idea) (definition) Titled (Art as Idea as Idea) (Abstraction) Titled (Art as Idea as Idea) (Abstraction)

ОДИН И ТРИ СТУЛА 1965

В концептуализме концепция произведения важнее его физического выражения, цель искусства — в передаче идеи. Концептуальные объекты могут существовать в виде фраз, текстов, схем, графиков, чертежей, фотографий, аудио- и видео- материалов. Объектом искусства может стать любой предмет, явление, процесс. Концептуальное искусство обращается не к эмоциональному восприятию, а к интеллектуальному осмыслению увиденного.

 One and Three Chairs

Один из основоположников течения, американский художник Джозеф Кошут, видел значение концептуализма в «коренном переосмыслении того, каким образом функционирует произведение искусства, или как функционирует сама культура … Искусство — это сила идеи, а не материала». Классическим образцом концептуализма стала его композиция «Один и три стула», включающая стул, его фотографию и описание предмета из словаря.

ОДНИ И ПЯТЬ ЧАСОВ 1965

Как и большинство произведений концептуального искусства, данная композиция связана с различными моделями репрезентации. Таким образом, она является исследованием фундаментальных аспектов искусства. Работа объединяет реальный объект и репрезентации различных аспектов этого объекта. Композиция включает работающие часы, их фотографию, а также увеличенные словарные статьи из англо-латинского словаря для слов «время», «махинация» и «объект». В то время художник интересовался «лингвистической антропологией» и влиянием, которое оказывает язык на наши представления о мире. Кошут создал целый ряд подобных работ, объединяющих повседневные вещи с их фотографиями, а также со словесными описаниями, определениями и переводами с английского на другие европейские языки.

Clock (One and Five)

ПЯТЬ СЛОВ В ПЯТИ ЦВЕТАХ 1965

В период 1965—74 гг. Кошут находился под влиянием философии Людвига Витгенштейна (контекст употребления термина влияет на его значение) и идей Марселя Дюшана, который считал, что контекст делает вещь предметом искусства. Кошут рассматривал язык как систему знаков, имеющую смысл только по отношению к самой себе. Воплощением этой идеи и является данное произведение. Целью художника является не эстетическое и эмоциональное воздействие, но скорее интеллектуальная деятельность, логика и познание.

Five Words in Five Colors

Производство истин

Джозеф Кошут. «Один и три стула», 1965 год Джозеф Кошут. «Один и три стула», 1965 год

Вначале, конечно, было не слово, а дело — множество художественных жестов, частью осмысленных и намеренных, частью интуитивно-стихийных, которые трудно представить себе в виде единой хореографической партитуры. Ведь в 1960-е искусством, по словам Майкла Арчера, автора едва ли не самой переиздаваемой истории искусства последних 50 лет, стало «все, что угодно». Впрочем, о каком начале может идти речь, когда до сих пор совершенно невозможно договориться, где пролегает рубеж между просто «искусством» и «современным искусством». На этот счет имеются три основные версии, так или иначе связывающие свой проблематичный предмет с рождением последней, самой современной современности. Одна — вполне в духе концепции историка Анри Руссо, провозгласившего рубежом современности «последнюю катастрофу», каковой для нас по-прежнему остается Вторая мировая война,— возводит начало современного искусства к 1945 году, и эта родовая травма, превращая всех зрителей в предстоящих бэконовским «фигурам у подножия распятия», навсегда лишает его «роскоши, покоя и наслаждения». Другая, приравнивая «последнюю современность» к глобализму, ведет отсчет от падения железного занавеса, Берлинской стены и советской империи — искусство, словно апостолы, начаша глаголати иными языки, и это касалось не только средств выражения, но в первую очередь того, что надлежало выразить, проговаривая иные травмы — личной и коллективной идентичности, связанные со страхом тоталитаризма или крахом коммунистической утопии, колониальные и/или постимперские. И наконец, самая популярная версия относит наступление современного искусства к условной «эпохе 1968 года», когда все старые травмы и раны лечили радикальным хирургическим путем: разрыв, отказ, отрицание. Одним из лучших мастеров рубить с плеча оказался Джозеф Кошут.

Читайте так же:
Стул сбоку рисунок

Джозеф Кошут. «Пять слов, написанные оранжевым неоном», 1965 год

Джозеф Кошут. «Прислоненное стекло», 1965 год

Джозеф Кошут. «Пять слов, написанные оранжевым неоном», 1965 год

Джозеф Кошут. «Прислоненное стекло», 1965 год

Возможно, сказались революционные гены: среди предков художника по отцовской линии значится Лайош Кошут, лидер Венгерской революции 1848-1849 годов. Возможно, запрос на революцию висел в воздухе. Но все же не каждому студенту-первокурснику, а он только-только начал учиться в нью-йоркской школе визуальных искусств, удается сделать работу, какая войдет во все учебники как концептуалистский манифест: шел 1965 год, ему исполнилось двадцать, работа называлась «Один и три стула». Стул был, так сказать, един в трех лицах: стул как таковой, то есть как обыденная, прозаическая вещь или как реди-мейд, его фотография в натуральную величину и определение слова «стул» в виде увеличенной фотостатической копии параграфа из толкового словаря. Един в трех лицах, един в трех типах знаков по Пирсу, как индекс, икона и символ, един, как едины референт, слово и образ, вернее, вовсе не едины, а, напротив, не сводятся одно к другому, и между зазорами — нет, никакой метафизики, никаких пустот и бездн, лишь разные теории референции у конкурирующих школ внутри лингвистической философии. Он сделал целую серию «Один и три» — ряд аналогичных инсталляций с другими повседневными вещами, лопатой, лампой, молотом, чтобы мысль интерпретатора не заблудилась в ножках стула. Любую работу надлежало делать по инструкции: неизменными были лишь схема расположения элементов в пространстве и словарное определение слова — все остальное, выбор предмета и фотографирование его в выставочном зале, оставалось на усмотрение инсталлятора. Тут можно было бы сказать, что художник, вняв Платону, вознесся в мир чистых идей и не унизил себя ремеслом, если бы художник, который год спустя начнет работать над серией «Искусство как идея как идея», и вовсе редуцированной до словарных фотостатов, не был столь чужд идеализма. Так наступила смерть автора: вся романтическая мифология, обожествляющая личность Творца, его страсти и темперамент, его глаз и руку, движением которой будто бы управляет само Провидение, и в этом смысле Джексон Поллок был последний гений романтизма,— вся романтическая мифология объявлялась логической ошибкой, а выражение «великий художник» — вышедшим из употребления.

В тот год он сделал несколько других «лингвистических» работ. Скажем, «Прислоненное стекло»: четыре чистых квадратных листа стекла были прислонены к стене, на каждом из них имелось по надписи «чистый», «квадратный», «стекло» и «прислоненный». Или «Пять слов, написанные оранжевым неоном»: пять слов — «five words in orange neon» — были действительно написаны оранжевым неоном. Эта намеренная тавтологичность, исключающая из произведения любое чувственное переживание по поводу формы, избавляющая от интерпретационных страданий в связи со смыслом сюжета или мотива, снимающая проблему формы и содержания как таковую, уничтожающая саму возможность эстетического подхода к предмету, оставляла зрителя наедине с голым вопросом «Что есть искусство?». Пожалуй, только один художник до него ставил этот вопрос с такой прямотой и радикальностью — свою первую награду Кошут фактически принял из рук Марселя Дюшана: тот выбрал получателя одного престижного гранта из множества претендентов всего за неделю до смерти — в гроб сходя, благословил. Трактат «Искусство после философии» теоретически обобщил всю эту кошутовскую художественно-лингвистическую практику.

Фото: Roy Lichtenstein Foundation

В конце концов, ему было всего 24 года, он, хоть уже два года как преподавал в своей альма-матер, был вчерашний студент, так что трактат, печатавшийся в Studio International частями, будто куски диссертации, посланные научному руководителю для разбора, местами походит на реферат. Писатель сразу вываливает на читателя кучу цитат из классиков аналитической философии и теоретической физики, то и дело признаваясь в любви к Людвигу Витгенштейну и его «Логико-философскому трактату», и, в сущности, по-студенчески прячется за спины авторитетов. Но это чтобы из-за этих авторитетных спин со всем радикализмом молодости возвестить о смерти и воскресении.

Нет, не смерти искусства — искусство хоронили с самого начала искусства, то есть с того момента, когда на переломе от Высокого Возрождения к маньеризму оно стало осознавать себя чем-то отдельным от прочих форм томления духа. Кошут констатирует смерть философии — всей метафизики, всего континентального, вскормленного туманным немецким идеализмом любомудрия, которое наконец-то отступило перед ясной математической логикой нового мышления, опирающегося на лингвистику и точные науки и столь прекрасного в своей аналитической стройности, что скомпрометированное слово «философия» в его адрес звучит оскорбительно. А вместе со смертью философии отмирают и все ложные и внеположные проблемы, навязанные искусству эстетикой — лишь теперь оно свободно стать самим собой и думать о собственной сути: «Все искусство (после Дюшана) концептуально по своей природе, потому что искусство существует только концептуально. «Ценность» тех или иных художников после Дюшана может определяться тем, насколько они ставили под вопрос природу искусства, иными словами, «что они прибавили к концепции искусства» такого, чего не было до них».

Среди ложных вопросов искусства, уводящих его от главного и общего к частностям, был, согласно Кошуту, вопрос о том, что есть живопись и скульптура в своих пределах: все то, над чем так долго бились модернисты-формалисты, объявлялось неактуальным, и «европейская традиция дихотомии живописи и скульптуры» отправлялась на кладбище вместе с континентальной философией. Сегодня может показаться, что Кошут, официально сообщивший о падении самодержавия живописи и скульптуры, воспользовался плодами медийной свободы не столь радикально, как его современники, будь то дрейфующие прочь от общества спектакля ситуационисты во главе с Ги Дебором или же гроза всех американских музеев, институционально-критический Ханс Хааке. Возможно, Кошут-практик со своим тавтологичным, кусающим себя за хвост, как уроборос, «искусство есть искусство» был не настолько революционен, как Кошут-теоретик. Но именно он поведал миру о том, что искусство отныне замещает философию, как некогда философия заместила религию: название трактата можно понимать и как «искусство вместо философии». В самом начале «европейской традиции дихотомии живописи и скульптуры» Леон Баттиста Альберти советовал художникам побольше общаться с философами — Кошут шепнул им на ухо, что учиться мудрости более не у кого и что они сами философы. Философам же — в лице, допустим, Алена Бадью — остается лишь подтверждать, что современное искусство есть производство истины.

Читайте так же:
Слово стулья по слогам

Приобретения

Декларация о независимости искусства от метафизики дала искусству свободу. Свободу выбирать между краской на холсте, нанесенной каким угодно способом, и слепым текстом, отпечатанным на старой машинке, между формой, отлитой в бронзе, и безыскусными предметами, расставленными в пространстве определенным образом, между фото-, кино-, видеокамерой и ксероксом, между танцем на пляже и сценарием перформанса с известным или же открытым финалом.

Потери

Свобода выбора подразумевает свободу конкуренции — она отменяет все привилегии, какие традиция веками закрепляла за живописью и скульптурой: отныне каждому, кто овладел старым академическим ремеслом, придется доказывать, что на этой школьной, а вовсе не золотой латыни все еще можно высказаться по актуальным вопросам.

Джозеф Кошут и другие. Пять рифм

Вид экспозиции выставки Джозефа Кошута Amnesia: Various, Luminous, Fixed в галерее Sprüth Magers, Лондон, 2014–2015. Courtesy Sprüth Magers Berlin London и Мультимедиа Арт Музей, Москва. Фото: © Kris Emmerson

1. Энгр — «закрытый рот»

У Сфинкса и Эдипа на картине Энгра рты, действительно, закрыты. Во-первых, они уже обменялись судьбоносными репликами, во-вторых, неоклассику Энгру передача эмоций и мимики была неинтересна.

Сфинкс задает добровольному изгнаннику загадку: «Кто ходит утром на четырех ногах, днем — на двух, а вечером — на трех?». Ответ Эдипа — человек — освобождает Фивы от чудовища, но и становится очередным этапом исполнения пророчества, согласно которому Эдипу предписано судьбой убить отца и жениться на матери. Этот сюжет лег в основу главного открытия Зигмунда Фрейда — «эдипова комплекса». Кошут вел виртуальный диалог с отцом психоанализа много лет. Его стараниями у Музея Фрейда в Вене появился отдел современного искусства.

Цитата из Энгра в обработке Кошута выглядит комментарием к размышлениям Фрейда о смысле незаконченности в работах Леонардо да Винчи. Фрейд считал, что отсутствие интереса к завершенности произведения является симптомом фиксации на вытесняющем половое влечение исследовании сексуальной сферы. Образцовый семьянин Энгр, полная противоположность Леонардо, отличался мастерством отделки в пику пре-импрессионистским методам романтиков. Фраза, превращенная Кошутом в отдельное произведение, близка, к тому же, размышлениям концептуалистов над связью физического воплощения работы и ее замысла. Большинство работ Кошута посвящено сокращению расстояния между идеей и произведением.

2. Мотель — «отель без места»

Мотель — придорожная гостиница для путешественников на автомобилях, с просторным паркингом, — остается уникальным феноменом американского ландшафта. Неоновые вывески мотелей в узнаваемой расцветке фигурируют во многих образчиках массовой и элитарной культуры Штатов. Появление неона как способа для привлечения внимания было изначально связано с личным автотранспортом: первые вывески в новой технике приобрел у изобретателя, француза Жоржа Клода, дилер марки Packard в Лос-Анджелесе, самом загазованном городе Америки.

В 1960-е, когда Кошут обратился к технике неона для создания своих текстовых работ, в силу вступили новые законы, из-за которых количество неоновых вывесок в городах резко сократилось. На мотели, правда, эти законы не распространялись. Использование неона в искусстве характерно не только для Кошута — это чрезвычайно распространенная техника у французских современных художников, до сих пор гордящихся ролью страны в изобретении и распространении искусственного света по всему миру. У Кошута неон — это метафора сконцентрированного внимания и быстрого чтения, которые противоречат абсурдности, тавтологичности или глубокомысленности надписей. Помимо прочего, неоновая надпись — это «искусство без места», которое можно приспособить к любым контекстам, обстоятельствам и осветительным системам.

3. Кубизм — «два парня в одной мастерской»

Кошут с большим сомнением относится к группе авторов журнала October: в интервью он называет Розалинд Краусс «интеллектуально нечестной» и «неприятной», теории Бенджамина Бухло связывает с карьерными устремлениями, и так далее. Тем не менее, как и теоретики October, Кошут непосредственно связан с «лингвистическим поворотом» в гуманитарных науках — начавшейся в 1970-е тенденцией использовать инструментарий лингвистики и семиотики для описания изобразительного искусства как текста. Особого успеха в этом добились как раз Краусс и Ив-Ален Буа, увидевшие в кубистских натюрмортах Пикассо разрыв слова и предмета, деконструкцию до деконструкции.

По их мнению, в работах кубистов впервые резко обозначилась автономия искусства от мимезиса. Отношения между текстом, изображением и смыслом интересуют и Кошута — в работе «Что это значит?» он предъявляет популярный среди непосвященных в тонкости современного искусства вопрос как неразрывное и парадоксальное единство трех уровней восприятия сразу.

4. Дженни Хольцер — «одна из лучших моих студенток»

Крайне интересная реакция, учитывая тот факт, что американская художница Дженни Хольцер формально никогда не училась у Кошута. «Она была молодой художницей, я ее поддерживал и однажды позвал выступить перед моими учениками в Школе визуальных искусств [Нью-Йорка]», — рассказывает художник в одном из интервью.

Читайте так же:
Может ли выстрелить офисный стул

Тем не менее использование Кошутом техник рекламы, безусловно, оказало большое влияние на работы Хольцер, что особенно чувствуется в серии «Выживание» — фразах, размещенных на Таймс-сквер в Нью-Йорке. В отличие от Кошута, почти всегда использующего чужие тексты, Хольцер сама придумывала лозунги в своих работах.

5. Метафизика — «сентиментально»

Городские пейзажи де Кирико сравнивают с ландшафтом сновидения и выводят из Фрейда (с работами которого де Кирико не был знаком). Самая знаменитая работа Кошута, «Один и три стула», явилась художнику во сне. Кроме выдающейся роли сна в их творчестве, итальянца и американца ничто не связывает, и эта рифма приведена ради максимального контраста. Живопись де Кирико часто называют «метафизической», то есть связанной со скрытыми и незыблемыми основами бытия.

Кошут определяет свою практику как бунт против главного теоретика американского модернизма Клемента Гринберга (что опять-таки сближает его с движущими силами журнала October). Гринберг был непоследовательным кантианцем и видел в философе из Кенигсберга отца самокритичного модернистского мышления. Как и Кант, Гринберг не чужд метафизике. Кошуту ближе диалектика, синтезирующая авангард и китч, которые у Гринберга разделены навеки: так, Кошут сталкивает коммерческий неон и цитаты из Джеймса Джойса, Сэмюэля Беккета или, как в этом случае, Чарльза Дарвина.

Публикации

5 жизненных уроков от Остапа Бендера

Остап Бендер — главный герой романов Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок», профессиональный мошенник и один из самых популярных сатирических персонажей в отечественной литературе. На его счету бесчисленное количество махинаций и попыток разбогатеть. И все это ради хрустальной мечты перебраться в солнечный Рио-де-Жанейро.

12 стульев. Золотой теленок 12 стульев. Золотой теленок И. Ильф, Е. Петров Твердый переплет 3149 ₽ Купить Купить

В нашем материале вы найдете пять правил жизни «великого комбинатора», которые, вне всяких сомнений, пригодятся каждому авантюристу.

Урок 1: Деньги созданы для того, чтобы они принадлежали вам. Даже если они чужие

Остап Бендер, по его собственным словам, знал «четыреста сравнительно честных способов отъема денег» и с удовольствием пользовался как минимум десятком из них. Вспомните хотя бы историю с завхозом 2-го дома Старсобеса Альхеном, от которого комбинатор, притворившись пожарным инспектором, спонтанно успел получить кругленькую сумму, да еще и пристыдить несчастного Александра Яковлевича за взяточничество.

Это 114 статья Уголовного кодекса, — сказал Остап, — дача взятки должностному лицу при исполнении служебных обязанностей.

Не пропуская ни одной возможности нажиться на гражданах, будь то бывший аристократ Киса Воробьянинов или посетители знаменитого Провала на горе Машук, за просмотр которого Остап взимал посильную плату, Бендер остается верен своим своеобразным моральным принципам. В их числе необходимость жертвовать малым ради большого, а главное — жить так, будто заветные миллионы уже у него в кармане, ну или окажутся там с минуты на минуту. Более того, он воспитывает правильное отношение к финансам и в других: «Начинать полуторастотысячное дело и ссориться из-за восьми рублей! Учитесь жить широко!»

Урок 2: Любовь хороша только на расстоянии. На очень большом расстоянии

Остап Бендер женился на мадам Грицацуевой, потому что у нее был стул. Достойный повод для официального брака, если на кону стоит тайник с сокровищами. Правда, заветного клада в мебели вдовы не оказалось, да к тому же Бендеру пришлось встретиться с любимой еще один раз — и не по велению сердца, а по случайности.

Очевидно, в планы технического руководителя не входила встреча с любимой. При виде вдовушки Бендер повернулся и, не оглядываясь, пошел вдоль стены назад.

— Товарищ Бендер! — закричала вдова в восторге. — Куда же вы?!

Великий комбинатор усилил ход. Наддала и вдова.

— Подождите, что я скажу, — просила она.

Но слова ее не долетали до слуха Остапа.

Так что совершенно очевидно, что великий авантюрист гораздо лучше справлялся с ролью идеального супруга на расстоянии. Как минимум потому, что вечно отсутствующего мужа можно романтично ждать и страдать по нему. К тому же Бендер из тех мужчин, чье отсутствие гораздо приятнее, чем наличие. Просто мадам Грицацуева этого не поняла. А зря.

— Обниматься некогда, — сказал он, — прощай, любимая! Мы разошлись, как в море корабли.

Урок 3: Если не взять дело в свои руки, оно обречено на провал

В лидерских качествах Остапа Бендера не сомневаются даже самые закоренелые скептики. Воля к победе, несокрушимая уверенность в себе вкупе с находчивостью и, наконец, способность организовать все, что движется, — это ли не лучшие черты главнокомандующего?

Первым под руководство Бендера попадает безвольный и мелочный Киса — беглый аристократ, бывший уездный предводитель дворянства. Находясь в депрессии в связи с потерей состояния, Ипполит Матвеевич с охотой подчиняется Остапу, потому что ни собственных идей, ни смелости принимать важные решения у него, в отличие от «коллеги», нет и в помине.

А чего только стоит сборище таких же «бывших», как и сам Киса, в «Союзе меча и орала», который Бендер не только самолично организовал, но и виртуозно собрал с его участников средства на. А вот на что, члены тайного общества, кажется, и сами не до конца поняли, но все-таки они поверили своему шефу, потому что истинному лидеру не поверить невозможно.

Читайте так же:
Как собрать стул кухонный

Елена Станиславовна встрепенулась, отвела кроличий взгляд от Воробьянинова и потащилась в кухню.

— А теперь действовать, действовать и действовать! — сказал Остап, понизив голос до степени полной нелегальности.

Урок 4: Хорошо подвешенный язык — главное оружие на пути к успеху

Согласитесь, убеждать, подчинять себе и особенно очаровывать Остап Бендер умеет как никто другой. Непревзойденная способность находить общий язык абсолютно с любым человеком помогает ему выпутываться из самых непростых ситуаций, а время от времени даже, как мы уже выяснили выше, — заключать выгодные союзы, будь то тайное общество или официальный брак. Этот же навык помогает Бендеру и в главном его деле — отъеме денег у зазевавшихся и неосмотрительных граждан.

Залог триумфа «великого комбинатора» — умение в любой ситуации подбирать правильные слова, а уж вкупе с несокрушимой уверенностью в себе положительный исход дела просто гарантирован. По крайней мере, какой-то его части.

Жизнь, господа присяжные заседатели, это сложная штука, но, господа присяжные заседатели, эта сложная штука открывается просто, как ящик. Надо только уметь его открыть. Кто не может открыть, тот пропадает.

Урок 5: Никогда не переставайте мечтать (даже если все пошло не по плану)

«Рио-де-Жанейро, это хрупкая мечта моего детства», — говорил товарищ Бендер, который не отступался от своих чаяний, даже когда дело принимало откровенно печальный оборот. Будем честны, добиться успеха хотя бы в одном предприятии авантюристу не удалось ни разу, более того — в «Золотом теленке» его и самого ограбили, а казалось бы, удача была так близка. И все-таки он не перестает мечтать и двигаться к заветной цели. А кроме того, на заметку стоит взять и в совершенстве освоенное Бендером искусство «маленьких шагов»: провалы «великого комбинатора» не пугают, а напротив, мотивируют его к поиску неординарных решений:

«Не надо оваций! Графа Монте-Кристо из меня не получилось. Придется переквалифицироваться в дворники».

Место концептуализма в средневековой философии

В средневековой философии было принято такое понятие как «универсалии». Этим термином обозначались некие общие идеи. Термин получил настолько широкое распространение, что принадлежность к той или иной философской ветви идентифицировалась в значительной степени, исходя из отношения к понятию «универсалии» и его трактовке. Концептуалисты считали, что общее может существовать только в связке с частным, как обобщающий элемент. В то же время концептуалисты считали возможным существование общих понятий как формы познания окружающей действительности.

Чтобы можно было яснее представить воззрения концептуалистов, стоит сказать несколько слов об их основных «конкурентах» в области философской мысли – номиналистах и средневековых реалистах. Так вот, средневековый реализм утверждал, что общие понятия, т.е. универсалии, существуют сами по себе, независимо от вещей. Более того, по их мнению, именно общие понятия предшествуют существованию единичных вещей. Таким образом, средневековый реализм был, по сути, ближе к идеализму в классическом понимании.

Номинализм, в свою очередь, признавал первичность материального мира и утверждал, что понятия не только не могут существовать отдельно от вещей, но даже сколько-то объективно отражать свойства материальных субъектов. В этом и была основная разница с воззрениями концептуалистов, считавших, что общие понятия отражают характеристики материальных субстанций, которые описывают.

Так что можно считать, что основным оппонентом концептуализма был средневековый реализм, по сути вобравший в себя характеристики идеализма. В свою очередь, в некотором смысле идейными союзниками концептуалистов можно считать номиналистов, твердо стоявших на позициях материализма. Интересно, что сам концептуализм зародился из несогласия его основоположника Пьера Абеляра со своими учителями –Иоанном Росцелином и Гийомом де Шампо.

Модернизм VS Постмодернизм: 6 фактов о течениях в искусстве, которые критиковали на протяжении долгих лет

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

1. Предыстория возникновения

Похороны в Орнане, Гюстав Курбе, 1850 год.  Фото: kerdonis.fr.

Зачастую, бывает крайне сложно определить временные рамки художественных эпох, а также провести точную границу между одной эпохой и другой. Тем не менее, можно сказать, что современное искусство — это искусство, которое было создано примерно в конце XIX и до середины ХХ века. Примерно в этот момент постмодернизм сменил модернизм.

Номер 14, Джексон Поллок, 1951 год.  Фото: blogspot.com.

В переводе на произведения искусства модернизм можно рассматривать как от реализма Гюстава Курбе до экшн-живописи Джексона Поллока. Постмодернизм возник в середине ХХ века, примерно в 1950 году, и породил таких художников, как Жан-Мишель Баския.

2. Различные виды искусства

Японский пешеходный мост, Клод Моне, 1899 год.  Фото: sniegopilys.lt.

Современное искусство и искусство постмодерна имеют много общего: обе эпохи не могут быть сведены ни к одной художественной форме или стилю, ни к одной теории. Скорее, эти две эпохи знамениты тем, что породили разные стили и представления об искусстве. Типичными художественными формами модернизма являются импрессионизм, экспрессионизм, кубизм, но также и фовизм.

Цветы Энди Уорхола, 1964 год.  Фото: tumgir.com.

В эпоху постмодерна появились новые формы искусства, такие как лэнд-арт, боди-арт, концептуальное искусство, поп-арт и многие другие. Этот диапазон искусства может быть продемонстрирован, например, картиной импрессиониста Клода Моне и картиной художника поп-арта Энди Уорхола. Оба в чём-то схожи по своему мотиву, технике, а также цветам, представлены совершенно по-разному.

3. Постмодернизм: Принципы

Композиция Проун, Эль Лисицкий, 1922 год.  Фото: blogspot.com.

Пережив Просвещение в недавнем прошлом, видя прогрессирующую индустриализацию и растущий отрыв от художественных институтов, традиций и норм, модернизм особенно отличался бесспорной верой в прогресс. Художественно эта воля к дальнейшему развитию проявилась в графических экспериментах, а также в форме редукции, как, например, проявил её художник Эль Лисицкий.

Читайте так же:
Перманент контакт стул

Я делаю покупки, поэтому я. Барбара Крюгер, 1987 год.  Фото: google.com.

Именно книга Жан-Франсуа Лиотара «Состояние постмодерна» (1979) должна была положить конец этой вере в прогресс в постмодернизме. В своих работах Лиотар заменил универсально действительный и абсолютный объяснительный принцип (Бог, субъект и т. д.) множеством языковых игр, которые предлагали различные объяснительные модели. Жан-Франсуа выступил против определённой исторической формы рациональности, основанной на исключении гетерогенного. В результате возросла толерантная чувствительность к различиям, гетерогенности и множественности, а вместе с ней и способность переносить несовместимость. Неоднородное понимание мира также принесло с собой множество критических произведений искусства, в том числе работу Барбары Крюгер «Критика капитализма». На другие работы повлияла, например, борьба за гражданские права в США или вторая волна феминизма.

4. Постмодернистское искусство

Знаки, Роберт Раушенберг, 1970 год.  Фото: graciemansion.org.

Эта неоднородность первоначально довольно формально проявилась в постмодернизме: классические средства искусства, такие как холст или бумага, были заменены новыми средствами. Художники всё больше и больше работали с повседневными материалами и смешивали их с классическими формами искусства. Коллажи, например, были очень популярны в 1950-х и 1960-х годах. Но и боди-арт, который использует тело в качестве холста, был такой новой формой искусства. Всё больше и больше художники отходили от любого объекта как средства искусства. Так, например, возникло исполнительское искусство.

Лук, Марина Абрамович и Улай, 1970 год.  Фото: pinterest.com.

Художник Марина Абрамович до сих пор остаётся одной из самых известных исполнительниц всех времён. Она начала свою работу в области перформанса с посвящением постмодернизма. Марина также представляла несколько нигилистический образ искусства, который можно рассматривать как типичный для искусства постмодерна и периода второй половины ХХ века. В своем спектакле «Энергия покоя» она выступала вместе со своим партнёром, исполнителем Улаем.

Позже художница объяснила свою работу следующим образом: «Я не была главной. В «Энергии покоя» мы на самом деле держали стрелу на весу наших тел, и стрела была направлена прямо в моё сердце. У нас было два маленьких микрофона рядом с нашими сердцами, так что мы могли слышать биение наших сердец. По мере того, как наше выступление прогрессировало, сердцебиение становилось всё более и более интенсивным, и, хотя оно длилось всего четыре минуты и десять секунд, я говорю вам, для меня это была вечность. Это был спектакль о полном и тотальном доверии» .

5. Современное искусство

Фотография здания Баухауза, Лючия Мохоли, 1926 год.  Фото: metalocus.es.

Концептуальное искусство, по определению американского художника Сола Левитта, обеспечивало особенно радикальный подход к современному искусству. В то время как в начале ХХ века художественные движения, такие как Баухауз в Европе, ставили функцию искусства выше его формы, Сол выдвинул теорию, в которой идея важнее самого искусства. В тексте «Параграфы о концептуальном искусстве» он пишет: « Когда художник использует концептуальность самого искусства, значит, что всё то, что он планировал и решал, было сделано задолго до этого. Это делает исполнение поверхностным занятием. Идея – вот основная движущая сила, которая позволяет творить и создавать нечто новое» .

Один и три стула, Джозеф Кошут, 1965 год.  Фото: blogspot.com.

В этом ключе художник Джозеф Кошут уже размышлял о различных кодах одного стула в своём концептуальном произведении «Один и три стула». Само произведение искусства не является уникальным в творчестве Кошута, а именно размышление художника над аллегорией Платона о пещере играет здесь ключевую роль, выступая в качестве финального штриха в произведении искусства.

6. Отвержение идеи

Комната временной задержки, Дэн Грэм, 1974 год.  Фото: pinterest.com.

Постмодернисты, такие как Лиотар, Хайдеггер, Деррида, а также феноменологи, такие как Лакан или Мерло-Понти, критически исследовали концепцию объективно воспринимаемой реальности. От теоретиков, подобных вышеупомянутым, исходят идеи, которые предполагают, что объективной истины и идентичности не существует. Новые теории восприятия также рассматривались и обрабатывались в искусстве постмодернизма.

Интересная работа в этом контексте исходит от нью-йоркского концепта и видеохудожника Дэна Грэма. В своей сложной работе «Две комнаты задержки», сделанной из зеркал и экранов, Дэн ставит посетителей своей работы перед функцией и пределами их собственного восприятия. В своих двух комнатах, каждая из которых оснащена двумя экранами и камерами, художник играет с техническим и человеческим наблюдением за своим собственным существованием. Временная задержка в передаче изображений с камеры на экраны имитирует человеческое восприятие.

Поджигатель, Жан-Мишель Баския, 1984 год.  Фото: sothebys.com.

Во-первых, ясно, что движение, которое модернизм и постмодернизм создают в искусстве в целом, является движением в смысле развития. Однако в эти две эпохи это движение происходит по-разному. Изменение формы также является наиболее очевидным. В то время как в начале модернизма художники всё ещё писали на холсте, постмодернизм создал произведения искусства, которые абсолютно заполняют пространство, как показывает последняя работа Дэна Грэма.

Осень, Мери Лоран, 1882 год, Эдуард Мане.  Фото: blogspot.com.

Модернизм против постмодернизма — это вера в прогресс против критики прогресса и поворот к плюрализму и гетерогенности. Проще говоря, это предположение о том, что существует более одной объективно воспринимаемой реальности. В прочем, каждый зритель по-своему понимает и воспринимает любое из направлений, ведь искусство настолько многогранно и непредсказуемо, что порой сложно понять его истинные мотивы и изначально заложенный смысл.

Читайте также о том, как дада стало популярным движением и почему это искусство сводило людей с ума , заставляя воспринимать увиденное в новом свете, тем самым подтолкнув Марселя Янко создать серию неоднозначных работ, перевернувших мир с ног на голову.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector